"Вред здоровью" вне компетенции эксперта



Форум судебных медиков России > Судебная медицина и судебно-медицинская экспертиза > Судебно-медицинская экспертиза живых лиц
Валерьич
Уважаемые коллеги!

Хочу предложить вашему обсуждению достаточно интересную, на мой взглад, тему. В приведенной статье озвучено мое мнение по этому поводу (я являюсь одним из авторов и инициировал написание этой статьи).
P.S. Статья опубликована в 2003 г. Имена авторов я убрал, но кто захочет и так узнает.

Определение «вреда здоровью» – вне компетенции эксперта

Совершенствование языка и понятийного аппарата судебной экспертизы является одним из важных научных аспектов, оказывающих непосредственное влияние на практическое экспертное познание. Для судебной медицины, осуществляющей научно-методическое обеспечение практического судебно-медицинского экспертного познания, данный аспект в настоящее время приобретает особую актуальность. Это обусловлено двумя основными причинами. Во-первых, интеграция правовых и медико-биологических знаний в процессе использования судебно-медицинских знаний в экспертной и правовой практике требует конвенционального подхода, предполагающего соглашение пользователей (в данном случае судебных медиков и юристов) по общему пониманию понятий и их определений; во-вторых, в судебной медицине этот аспект до настоящего времени практически не разрабатывался.
Важными и часто применяемыми понятиями, использующимися в правовой и судебно-медицинской практике, являются понятия «телесные повреждения», «вред здоровью», «расстройство здоровья». Анализу этих понятий, обоснованности их использования в судебно-медицинской экспертизе посвящена данная работа.
Прежде всего, следует остановиться на понятии «телесное повреждение», которое широко используется в теории и практике судебной медицины и права. Термин «телесные» конкретизирует, уменьшает объем понятия «повреждение», и являетcя признаком, указывающим на относимость «повреждений» к телу человека. Без этого признака понятие «повреждение» может относиться к различным предметам, в частности, к одежде, указывая, например, на нарушение её структуры. В этой связи представляется необоснованным предложение В.Л. Попова считать термин «телесные» «устаревшей юридической дефиницией» [ 9, С. 90]. Тем более, что в теории и практике уголовного права, в частности, в ст. 179 УПК РФ, данный термин применяется и в настоящее время. Справедливости ради надо сказать, что В.Л. Поповым имелось в виду отсутствие термина «телесные» в Уголовном кодексе 1996 года. В месте с тем, В.Л. Попов прав, отмечая, что термин «телесные» не имеет медицинского содержания. К этому можно добавить, что он также не имеет и юридического содержания.
Термин «повреждение» В.Л. Поповым определяется как «нарушение структуры и функции организма, возникшее в результате воздействия одного или нескольких внешних повреждающих факторов» [9, С. 92]. Данное определение мы считаем в целом правильным, но при условиях, что речь идет: во-первых, именно о телесном повреждении, поскольку термин «повреждение», как указывалось выше, является более широким и может относиться к любым предметам, не являющихся «организмами» и не обладающих «функциями»; во-вторых, о прижизненном телесном повреждении, т.к. функции свойственны только живым организмам, соответственно, и «нарушение функции» может происходить у живого организма.
В уголовном праве Российской Федерации до введения в действие Уголовного кодекса 1996 года понятие «телесное повреждение» определялось как «виновное деяние, причиняющее вред здоровью другого человека путем нарушения анатомической целости тела или нарушения нормального функционирования организма либо его органов» [4]. При этом в одном из основных нормативных документов по судебно-медицинской экспертизе понятие «телесное повреждение» определялось как «нарушение анатомической целости или физиологической функции органов и тканей, возникшие в результате воздействия факторов внешней среды» [11]. Таким образом, одно и то же понятие - «телесное повреждение» определялось по-разному, т.е. ему придавался нетождественный смысл. С точки зрения логики, это является допустимым, но только в том случае, если два разных понятия, обозначаемых одним термином, используются в разных и совершенно несопряженных областях знаний. В рассматриваемой же ситуации, когда должна быть обеспечена преемственность в определении понятия между судебными медиками и юристами, обозначение нетождественных понятий одним и тем же термином, по меньшей мере, некорректно.
Аналогичная ситуация сложилась в связи с введением в уголовное право понятия «вред здоровью». В судебно-медицинской экспертизе вред здоровью отождествлялся с телесными повреждениями либо с заболеваниями или патологическими состояниями, возникающими в результате воздействия различных факторов внешней среды . Такое отождествление является логически неверным, поскольку отождествляются неравнозначные понятия из разных областей знания. Подобные отношения понятий в логике называются перекрещиванием.
«Вред здоровью» подразумевает под собой неправомерные действия его причинившие. Но определение правомерности является прерогативой юристов. Следовательно, устанавливая «вред здоровью», судебно-медицинские эксперты выходят за пределы своей компетенции, предопределяя неправомерность действий, обусловивших образование телесных повреждений. Из этого следует, что судебно-медицинские эксперты не должны квалифицировать телесные повреждения как «вред здоровью», поскольку такое квалифицирование будет являться юридическим. Задача судебно-медицинских экспертов должна ограничиваться определением характера медико-биологических свойств и признаков и их причинной обусловленности. Например: повреждение само по себе являлось опасным для жизни, либо обусловило возникновение опасного для жизни состояния.
Показательным в отношении изложенного может служить следующий пример из нашей практики. Гр-ке Ц. по ее просьбе в медицинском учреждении была произведена медицинская стерилизация путем эндоскопической электрокоагуляции маточных труб. Операция была выполнена в соответствии с утвержденной методикой. Через некоторое время после операции у гражданки Ц. наступила внематочная беременность, завершившаяся трубным абортом. Возникновение беременности послужило основанием для предъявления судебного иска к медицинскому учреждению. Судом на разрешение судебно-медицинской экспертизы, помимо других вопросов, был поставлен вопрос: «причинен ли гр. Ц. проведенной операцией вред здоровью?». В процессе производства экспертизы было установлено, что противопоказаний к проведению этой операции не было (показанием было желание самой женщины) и технически операция была выполнена правильно. При этом, как известно по данным литературы, эндоскопическая электрокоагуляция не гарантирует абсолютную стерилизацию [7]. Учитывая изложенное, а также тот факт, что судом до назначения судебно-медицинской экспертизы неправомерность действий врачей не была установлена, экспертная комиссия не дала ответ на вопрос о вреде здоровью, указав, что решение этого вопроса, в частности в данном случае, не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии.
Таким образом, в судебно-медицинском познании существует необходимость использования понятия, исключающего из своего содержания признак правомерности и являющегося родовым по отношению к понятию «вред здоровью».
По нашему мнению, судебные медики должны оперировать понятием «расстройство здоровья», под которым следует понимать ограничение приспособляемости организма данного человека к обычным для него условиям окружающей среды, вызываемое повреждениями, заболеваниями и другими патологическими состояниями, а так же их последствиями. Под «вредом здоровью» следует понимать неправомерное - умышленное или неосторожное причинение расстройства здоровья.
Таким образом, понятие «вред здоровью» с точки зрения логики является подчиненным - входящим в объем понятия «расстройство здоровья». Иначе говоря, «вред здоровью» всегда означает «расстройство здоровья», но не всякое «расстройство здоровья» будет «вредом здоровью», поскольку оно ограничивается юридическим признаком - неправомерностью.
Понятие «телесное повреждение» относится к понятиям, указывающим на одну из причин, один из факторов, вызывающих у живых лиц «расстройство здоровья». Необходимо подчеркнуть, что понятие «телесные повреждения», указывающее на повреждения на теле, может относиться и к трупам. Судебно-медицинские эксперты, как известно, изучают различные свойства телесных повреждений в целях решения конкретных экспертных задач: для установления прижизненности и давности телесных повреждений (соответственно – давности воздействий), для определения природы воздействовавших факторов и т.д.
Изложенный подход к определению анализируемых понятий «вред здоровью», «телесные повреждения» и «расстройство здоровья» логично взаимоувязывает юридические и медико-биологические аспекты в оценке повреждений, заболеваний и других патологических состояний и их последствий, обеспечивая соблюдение компетенции судебно-медицинских экспертов. Кроме того, проведенный анализ свидетельствует о необходимости дальнейшей разработки данного теоретического направления в судебной медицине.

Список литературы:
1. Ардашкин А.П. О понятии «Судебно-медицинская экспертиза» // Актуальные вопросы судебной и клинической медицины. – 2002. – Вып.6. – С.42-44.
2. Вермель И.Г., Солохин А.А. Формальная логика в судебной медицине. – М.: РМАПО. – 1995.
3. Козлов В.В. Судебно-медицинское определение степени тяжести телесных повреждений. – Саратов.: Издат. Сарат. у-та, 1976. – 9-10 с.
4. Комментарии к уголовному кодексу РСФСР / Под ред. Ю.Д. Северина. – М.: Юрид. лит., 1980. – 236 с.
5. Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России / Сарат. гос. акад. права. – Саратов: Полиграфист, 1996. – 61-64 с.
6. Курс криминалистики в 3 т. Т.1: Общая теория криминалистики. – М.: Юристъ, 1997.
7. Лапароскопия в гинекологии / Под. ред. Г.М. Савельевой. – М.: ГЭОТАР Медицина, 2000.
8. Малая медицинская энциклопедия: В 6 т. / АМН СССР. Гл. ред. В.И. Покровский. – М.: Советская энциклопедия, 1991.
9. Попов В.Л. Теоретические основы судебной медицины. – СПб., 2000.
10. Приказ Минздрава РФ от 10.12.1996 г. №407 «О введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз».
11. Приказ Минздрава СССР от 11.12.1978 г. №1208 «Правила судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений»
12. Тимофеев И.В. Патология лечения: Руководство для врачей. – СПб: Северо-Запад, 1996. – 28 с.
13. Уголовный кодекс Российской Федерации. – М., 1996.
14. Формальная логика: учебник / Отв. ред. проф. И.Я. Чупахин, доц. И.Н. Бродский. – Ленинград: Издат. Ленингр. у-та, 1977. – 262-272 с.
15. Хохлов В.В. Судебно-медицинская экспертиза тяжести вреда здоровью: практическое пособие для медиков и юристов. – Смоленск: Леванта фирмы «Стоик». 1997

Нажмите для просмотра прикрепленного файла


FILIN
Гегель в "Философии права" выделяет "просто понятие" и "понятие в его развертывании".

Вы констатируете нарушение логики в некоем понятии. Но это "просто понятие" - никакого дальнейшего развертывания его нет, а следовательно нет и каких-то существенных последствий этого нарушения. ( Если не принимать во внимание надуманный отказ комиссии отвечать на вопрос суда).

Обсуждение этой темы, мне не кажется ни продуктивным, ни ( извините) интересным.


Валерьич
Уважаемые коллеги!
Большое спасибо за ваши оценки, их немного, значит, мало кто понял о чем вообще идет речь, в основном оценки осудительные, значит основополагающей идеи не понял совсем никто. А это значит, что я был прав, когда посчитал, что правка, которой подверг статью мой начальник сделала статью плохочитаемой. Понакручено логики (хотя я сам отношусь к ней с огромным уважением), философии и т.д и т.п., а в конечном итоге ни...чего не понятно.
Спасибо, что дали мне возможность еще раз в этом убедиься.

У меня к сожалению сохранился только один "промежуточный" вариант статьи, до того, как она подверглась серьезной правке. Варинат этот рабочий, а доводить его до ума у меня, к сожалению, нет сейчас времени. Поэтому постарайтесь "взять" суть (если Вам это все еще интересно) и не придирайтесь к мелочам.

Определение понятия вреда здоровью.

В предыдущие годы, когда действовало понятие «телесное повреждение», в уголовном праве [1] оно определялось, как «виновное деяние, причиняющее вред здоровью другого человека путем нарушения анатомической целости тела или нарушения нормального функционирования организма либо его органов». В судебной медицине [2] под телесными повреждениями следовало понимать «нарушения анатомической целости и физиологической функции органов и тканей, возникшие в результате воздействия факторов внешней среды». Как видно из этих двух определений, понятия, обозначаемые как «телесное повреждение», помимо общих признаков, содержали и отличающиеся: «виновное деяние» и «воздействие факторов внешней среды». А значит, в соответствии с одним из основных формально-логических законов (объем и содержание мысли о каком-либо предмете должны быть строго определены и оставаться постоянными в процессе рассуждения о нем), сами понятия не были тождественными. При этом оба нетождественных понятия (юридическое и судебно-медицинское) обозначались одним и тем же термином: «телесное повреждение». С точки зрения логики, это было бы возможным только в том случае, если бы два этих понятия существовали раздельно друг от друга и нигде не отождествлялись, в той же ситуации, когда обеспечивается преемственность термина (судебно-медицинские эксперты определяли степень тяжести телесных повреждений и предоставляли результаты следствию или суду), обозначение нетождественных понятий одним и тем же термином было недопустимо.
По аналогии, то же самое относится и к ныне действующему термину «вред здоровью». В новом уголовном кодексе предусмотрена ответственность за причинение вреда здоровью [5], подразумевающее под собой в правовом смысле «не вред здоровью лишь сам по себе, как анатомо-клиническое понятие, а именно причинение такого вреда, это прежде всего насильственное действие, которое нарушает уголовный закон, охраняющий здоровье личности» [3]. В судебной медицине под вредом здоровью понимают «либо телесные повреждения, т.е. нарушение анатомической целости органов и тканей или их физиологических функций, либо заболевания или патологические состояния, возникающие в результате воздействия различных факторов внешней среды: механических, физических, химических, биологических, психических» [4].
В обоих случаях в определениях понятий, «неправомерность действия» в юридических определениях, подменялась «воздействием факторов внешней среды» - в медицинских. Кроме того и для «телесного повреждения» и для «вреда здоровью» в юридических понятиях родовым признаком является «неправомерное действие», а в медицинских – «анатомо-клинический» признак. На наш взгляд, более правильным было бы использование термина «вред здоровью», именно с юридической точки зрения: в тех случаях, когда здоровью причиняется «вред», т.е. когда действия, причинившие его были неправомерными. Во всех же остальных случаях, когда действия были правомерными, последствия этих действий нельзя расценивать как «вред здоровью». Например, плановая холецистэктомия, по поводу желчно-каменной болезни, которая в любой момент могла привести к тяжелым осложнениям, причинит временное расстройство здоровья пациента, но не причинит «вреда». По нашему мнению, поскольку определение правомерности является прерогативой юристов, то в судебной медицине более правильным было бы использование обобщенного понятия, исключающего из своего содержания признак правомерности и являющегося родовым по отношению к «вреду здоровью». Наиболее подходящим для этого, на наш взгляд, будет понятие «расстройства здоровья». При этом «вред здоровью» будет находится, с точки зрения логики, в отношении подчинения к «расстройству здоровья», т.е. «вред здоровью» всегда будет «расстройством здоровья», но не всякое «расстройство здоровья» будет «вредом здоровью». Исходя из вышеизложенного, под вредом здоровью следует понимать неправомерное, умышленное или неосторожное причинение расстройства здоровья.
В медицинском определении понятия «вред здоровью» [4], по нашему мнению, так же содержится ряд логических ошибок. Определяющее понятие несоразмерно определяемому понятию: в определяющем понятии нет признаков, указывающих на то, когда «телесные повреждения, заболевания и патологически состояния» будут считаться вредом здоровью, а именно эти признаки и следует считать родовыми в определении понятия «вред здоровью»; к вреду здоровью могут приводить не только сами «повреждения, заболевания и патологические состояния», но и их последствия. Повреждения и заболевания так же являются патологическими состояниями, поэтому представляется более правильным говорить о «других патологических состояниях», не относящихся к ним. В медицинском определении понятия используется термин «телесное повреждение», являющийся в большей степени юридическим, чем медицинским. С этой точки зрения, расстройство здоровья – это ограничение приспособляемости данного человека к обычным для него условиям окружающей среды. Оно может вызываться повреждениями, заболеваниями и другими патологическими состояниями. Расстройство здоровья не имеет степеней тяжести, оно может иметь лишь признаки, соответствующие квалифицирующим признакам вреда здоровью какой-либо степени (то, что присуще подчиняющему понятию, то присуще и подчиненному, но не все, что присуще подчиненному понятию, можно найти в подчиняющем понятии [6]). Т.е. только тогда, когда имел место вред здоровью (как частный случай расстройства здоровья), можно говорить о степенях тяжести, потому что квалифицирующие признаки – это условно созданные для юристов критерии оценки тяжести расстройства здоровья в случаях его неправомерного причинения (вреда здоровью). Исходя из этого определения, каждое повреждение, в той или иной степени, будет приводить к ограничению приспособляемости к условиям окружающей среды (расстройству здоровья), но не каждое повреждение будет иметь признаки, соответствующие квалифицирующим признакам вреда здоровью (небольшие ссадины, кровоподтеки). При этом такие квалифицирующие признаки, как например, «кратковременное расстройство здоровья» должны рассматриваться как цельные понятия, имеющие свои собственные признаки, а не как кратковременное «расстройство здоровья». Ограничение приспособляемости данного человека к обычным для него условиям окружающей среды, подразумевает под собой необходимость оценки расстройства здоровья у конкретного человека (молодого или пожилого, возможно имеющего хронические заболевания и т.д.) и именно к обычным для него условиям окружающей среды (понимаются нормальные для него условия, с учетом места жительства, образа жизни и т.д.). Под повреждениями следует понимать нарушение анатомической целостности органов и тканей и (или) их физиологических функций, а не действия их причинившие, которые подразумеваются понятием телесное повреждение.
Такой подход к определению понятий «вреда здоровью» и «расстройства здоровья», на наш взгляд, является более правильным, позволяет логично связать между собой юридические и медицинские стороны этого вопроса, а кроме этого имеет большое практическое значение. Так, например, в нашей практике имел место такой случай: гражданке Ц. по ее просьбе была произведена медицинская стерилизация, путем коагуляции маточных труб, через некоторое время после этой операции у гражданки Ц. наступила внематочная беременность, завершившаяся трубным абортом, по выздоровлении гражданка Ц. обратилась в прокуратуру. В постановлении о назначении судебно-медицинской экспертизы, помимо других вопросов, стоял вопрос о вреде причиненном здоровью. В процессе производства экспертизы было установлено, что противопоказаний к проведению этой операции не было (показанием было пожелание самой женщины) и технически операция была выполнена правильно, а наступивший исход связан с особенностями организма гражданки Ц. Учитывая это и тот факт, что в постановлении о назначении судебно-медицинской экспертизы не было указаний на неправомерность действий врачей, экспертная комиссия отказалась отвечать на вопрос, о степени вреда причиненного здоровью. А теперь представим себе один из возможных вариантов развития событий, в том случае, если бы экспертная комиссия дала ответ на этот вопрос: в суде действия врачей признаются правомерными, стало быть и вреда здоровью причинено не было, однако имеется заключение экспертов, в котором указывается, что вред здоровью (какой-либо степени) гражданке Ц. был причинен. Наверное, такой подход в определенной степени затруднит судебное производство, так если действия врачей будут признаны неправомерными, то суду придется назначать дополнительную экспертизу, в которой во второй раз ставить вопрос о степени причиненного вреда здоровью, но с другой стороны мы избегаем возможно незаслуженного обвинения врачей. Для того, чтобы не создавать лишних сложностей на пути правосудия, считаем возможным напомнить, что при оценке действий медицинских работников, существует два основных критерия: наличие показаний к действию (бездействию) и техническая правильность действия, в том случае, если медицинский работник действовал по показаниям и технически правильно, любые состояние, возникшие в следствие этого действия расцениваются как осложнения, во всех остальных случаях – как дефекты оказания медицинской помощи [6]. Суд при определении правомерности действий медицинских работников, в большей степени основывается именно на этих данных, поэтому в случаях дефектов оказания медицинской помощи, вероятно целесообразно ответить и на вопрос о степени вреда здоровью. Необходимо отметить так же, что не всегда повреждения, которые (с медицинской точки зрения) должны в дальнейшем быть признаны судом как неправомерно причиненные (например, колото-резаные, огнестрельные), в действительности будут признаны таковыми. Так эти повреждения могут быть причинены в пределах необходимой самообороны, при принятии необходимых мер для задержания преступника и т.д. В этих случаях, на наш взгляд так же не может вестись речь о причинении вреда здоровью. По нашему мнению, наиболее правильно было бы определение вреда здоровью только при производстве тех экспертиз, в постановлении о назначении которых имеется указание на статью УК РФ по которой возбуждено уголовное дело и эта статья предусматривала бы неправомерные действия, хотя, вероятно, такой подход должен осуществляться с позиции здравого смысла и не создавать ненужных сложностей для следствия. В этой связи, в тех случаях когда неправомерность действия на время производства экспертизы не установлена, целесообразно использование понятия признак вреда здоровью, (соответствующего классифицирующим признакам, используемым при определении степени вреда здоровью). Т.е. эксперт в заключении говорит, например, о том, что повреждение было опасным для жизни и поэтому имеет признак тяжкого вреда здоровью, а окончательная квалификация этого повреждения, как тяжкого вреда здоровью, может быть дана следствием или судом самостоятельно.

Список литературы:
1. Ардашкин А.П. О понятии «Судебно-медицинская экспертиза» \\ Актуальные вопросы судебной и клинической медицины. – 2002. – Вып.6. – С.42-44.
2. Вермель И.Г., Солохин А.А. Формальная логика в судебной медицине. – М.: РМАПО. – 1995.
3. Козлов В.В. Судебно-медицинское определение степени тяжести телесных повреждений. – Саратов.: Издат. Сарат. у-та, 1976. – 9-10 с.
4. Комментарии к уголовному кодексу РСФСР \ Под ред. Ю.Д. Северина. – М.: Юрид. лит., 1980. – 236 с.
5. Красиков А.Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России \ Сарат. гос. акад. права. – Саратов: Полиграфист, 1996. – 61-64 с.
6. Курс криминалистики в 3 т. Т.1: Общая теория криминалистики. – М.: Юристъ, 1997.
7. Малая медицинская энциклопедия: В 6 т. \ АМН СССР. Гл. ред. В.И. Покровский. – М.: Советская энциклопедия, 1991.
8. Приказ Минздрава РФ от 10.12.1996 г. №407 «О введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз».
9. Приказ Минздрава СССР от 11.12.1978 г. №1208 «Правила судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений»
10. Тимофеев И.В. Патология лечения: Руководство для врачей. – СПб: Северо-Запад, 1996. – 28 с.
11. Уголовный кодекс РФ
12. Формальная логика: учебник \ Отв. ред. проф. И.Я. Чупахин, доц. И.Н. Бродский. – Ленинград: Издат. Ленингр. у-та, 1977. – 262-272 с.
13. Хохлов В.В. Судебно-медицинская экспертиза тяжести вреда здоровью: практическое пособие для медиков и юристов. – Смоленск: Леванта фирмы «Стоик». 1997

Нажмите для просмотра прикрепленного файла
С уважением! Валерьич.


Валерий
А для чего вся эта заумность. У меня впечатление, что Валерьич студент 1 курса филфака!


Vitalykk
Уважаемый Валерич!
Не обращайте внимания на тех, кто Вас не понимает (в том числе и на меня)! Редактируйте Вашу статью и снова выкладывайте. «Зубастые» коллеги ее так «откатают» для Вас, что будет мило-дорого.
Единственное замечание и оно кардинальное. Нет в судебной медицине (Укрины) понятия ВРЕД ЗДОРОВЬЮ.


FILIN
Уважаемый Валерьич!
Я уже высказал свое мнение, по-видимому очень кратко (возможно, некоторые коллеги, в том числе и Вы, его просто не поняли - ВОЗМОЖНО). Но развивать его не буду.
Отмечу только

Цитата(Валерьич @ 2.02.2005 - 21:21)
Большое спасибо за ваши оценки, их немного, значит, мало кто понял о чем вообще идет речь


Совсем не обязательно. Возможно, эта тема интересует не многих. Тем более, что не определена целевая аудитория. Для юристов - слишком много медицины, для судмедэкспертов - слишком много правовых тонкостей.

Цитата
в основном оценки осудительные, значит основополагающей идеи не понял совсем никто
.

Мой пост не был "осудительным". Жалко, что Вы так его расценили. Но почему Вы плагаете, что отрицательный отзыв на Ваши идеи - признак их не понимания?

Цитата
У меня к сожалению сохранился только один "промежуточный" вариант статьи, до того, как она подверглась серьезной правке.


Честно говоря, если бы не прочитал "правочный" вариант, то "промежуточный" понял бы с трудом.

Ваше предлложение, когда эксперт определяет степень тяжести "вообще", а суд или следователь - конктерно, с учетом обстоятельств и конкретного человека - представляется надуманной. Но даже если и согласиться с таким вариантом, как Вы представляете себе его практическое воплощение?


Валерьич
Уважаемые коллеги!
Кто-то понял первый вариант, кто-то второй. Уже приятно.
Но этот вопрос не стал бы так "теоретизироваться" без реально практической необходимости. И, как правильно подметил myt, она есть.

Дело в том, что в абсолютном болшинстве случаев юристы самостоятельно могут принять решение о правомерности действий человека (убийство, грабеж и т.д и т.п.). Но есть ряд ситуаций, когда суд принимает решение о правомерности, а вот признаки правомерности (неправомерности) предоставляют специалисты в дургих областях.

Практическое применение того, о чем написано в статье, практически полностью касается только "врачебных дел". При этом перед нами, как экспертами, принципиально стоит два вопроса:
1. Правильны ли были действия\бездействия врача (показания\противопоказания и техническая правильность)
2. Какой вред здоровью причинен. (заметьте ответ на этот вопрос спрашивают в любом случае, а не так: если действия врача были не верными, то какой вред здоровью они причинили)

Что получается: мы можем сказать о том, что действия врача были верными (т.е. с юридической точки зрения нет признаков неправомерности их действий) и в то же время утверждать, что здоровью пациента причинен "вред". Сравните - вердикт не виновен, но приговор 7 лет (ну, это уж я так, в качестве совсем абсурдного примера).

Проблема, как это правильно понял myt, заключается в том, что не все оценят, что врач не виноват, поймут что был причинен вред здоровью (а прежде всего не поймет сам "потерпевший", который при наличии вреда здоровью, замучает потом всех кассационными жалобами).

Вот в примере, приведенном в 1-ой статье. Что должны были ответить эксперты на вопрос о том, какой вред причинила операция (стерелизация) - тяжкий в связи с утратой репродуктивной функции? Но причем же здесь врачи-то. Мы это понимаем, а все остальные?

Для FILINA. Как это осуществлять на практике? Очень просто: экспрт говорит о том, что данное повреждение имеет такой-то квалифицирующий признак вреда здоровью и все, "Правила определения степени тяжести.." есть и у юристов, а зная квалифицирующий признак и имея на руках правила, даже человек совсем не имеющих НИКАКИХ специальных знаний сможет разобраться.
При этом прошу понять меня правильно. Я не собирался кричать на всех углах о том, что должно быть так, я лишь обозначил проблему, которая реально существует и предложил один из способов ее решения.

С уважением. Валерьич.


Валерьич
Уаважаемый myt!
Спасибо за поправку, я уже сам немного зарапартовался пытаясь объяснить основную мысль. Собственно говоря поэтому они там и есть.


FILIN
Уважаемый Валерьич.
Незримая тень г-на Панова вновь завитала над форумом.
Я полагал, что речь идет действительно о новой интерплетации таких потнятий как "вред здоровью" или "телесные повреждения". А все сводится опять к "врачебным делам".
Стоит ли копья ломать?
"Врачебные дела" - совершенно самостоятельная глава в СМ. Пограничная глава. Подавляющего большинства экспертов, она, к счастью, не касается.

Цитата

2. Какой вред здоровью причинен. (заметьте ответ на этот вопрос спрашивают в любом случае, а не так: если действия врача были не верными, то какой вред здоровью они причинили)


Стоматолог удалил "больной зуб" - никакого вреда - показания к удалению были.
Стоматолог удалил здоровый зуб, вместо "больного" - не причинившие легкого вреда ( по новым таблицам, по старым - причинившие легкий вред).

Цитата
Проблема, как это правильно понял myt, заключается в том, что не все оценят, что врач не виноват, поймут что был причинен вред здоровью (а прежде всего не поймет сам "потерпевший", который при наличии вреда здоровью, замучает потом всех кассационными жалобами


Вопрос из юридического перешел в откровенно психологическую плоскость.

Цитата
Вот в примере, приведенном в 1-ой статье. Что должны были ответить эксперты на вопрос о том, какой вред причинила операция (стерелизация) - тяжкий в связи с утратой репродуктивной функции? Но причем же здесь врачи-то. Мы это понимаем, а все остальные?


Странный ответ - тяжкие. Почему же тяжкие? Как видно из описания дамочка, все же понесла - следовательно потери производительной способности не наступило. Здесь какая-то путаница.

Цитата
Для FILINA. Как это осуществлять на практике? Очень просто: экспрт говорит о том, что данное повреждение имеет такой-то квалифицирующий признак вреда здоровью и все, "Правила определения степени тяжести.." есть и у юристов, а зная квалифицирующий признак и имея на руках правила, даже человек совсем не имеющих НИКАКИХ специальных знаний сможет разобраться.


А вот это предложение - уже прямое нарушение п.2 ст.196 УПК РФ.


Валерьич
FILIN! Со всем моим искренним к Вам уважением!
Я не знаком с г-ном Пановым и не могу знать что вы имели в виду. Я привел практические примеры, но это не значит, что я не говорил о иной интерпритации этих понятий. Если Вас как "большинства экспертов" эта проблема не касается, то это не означает, что проблемы нет, а означает то, что Вам повезло с ней не столкнуться.
Теория - прекрасно (поэтому и была написана статья). Но необходимость в теории возникает на практике. Пока "жареный петух" не клюнет, не "ткнется носом" эксперт в несогласованность понятий, когда он просто не будет знать как "выкрутиться" из ситуации, так и не задумается над тем, что написано. А увидев краешек проблемы и потянув за него, при желании, можно увидеть и все остальное. Ну, скажите правду, разве вы не видете несогласованности этих понятий? А УПК менять я и не собирался (читайте сообщение 02.02.05 17:16 последний абзац)
Кстати, прочитайте пример с гражданкой Ц. еще раз: беременность была внемаоточной (какая это репродукция?).
С искренним уважением. Валерьич.


Русская версия Invision Power Board © 2001-2021 Invision Power Services, Inc.

© 2002-2015 Форум судебных медиков
При копировании материалов сайта размещение активной ссылки на источник обязательно!